Книга вторая.

Глава первая.

Часть первая.

О проверяющих, имплантации, общей анестезии, добре и зле.

«Давно не брал я в руки «клаву», следуя совету известного классика – «если можешь не писать, то не пиши». Не писалось мне долго и легко, но, видимо, так человек устроен, что вечно молчать не может, и решил я продолжить свои «Записки» на современный лад.

Вопрос, который меня взволновал до такой степени, что заставил опять тратить драгоценные килобайты памяти моего компьютера и еще более драгоценные минуты вашего времени (не считая потраченного зрения), скорее философский и риторический, чем познавательный. Поэтому если до философии вам как до победы мировой революции, то лучше почитайте какой-нибудь другой текст, благо их сейчас в изобилии. Но если иногда и вас мучают угрызения совести, вопросы мирового значения, поиск тонкой грани между добром и злом, то постарайтесь вникнуть и даже проникнуться.

Правильно говорят, что когда человек в зоне комфорта, то его мало что волнует, в росте он останавливается и развиваться не спешит. Единственное, что в этом тезисе меня всегда настораживало, так это то, кто, кому и что советует. Представьте себе молодого бизнесмена из села Кукуева (в принципе, можно представить и трепетную девушку из соседней деревни, но т.к. принципиальной разницы в этом нет, то половую принадлежность мы замнем для ясности). Итак, сей жадный до знаний отрок с большим трудом нашел в областном центре вайфай, скачал на председательский ноутбук с бесплатного пиратского трекера (ныне запрещенного) драгоценную книгу о личностном и профессиональном росте, переведенную на 114 красивых иностранных языков и пару китайских диалектов. И вот, длинными зимними ночами, когда пахать нечего, а колодец замерз, при свете лучины (электроэнергию-то надо беречь), на запасном аккумуляторе от своего купленного на кредитные деньги трактора пытается освоить истины и мудрость некоего (не конкретного кого-то, ибо их тьма, а просто среднестатистического) сенсея из Страны заходящего солнца с более точной локализацией где-нибудь в Калифорнии, не ниже. И основная мысль, которую наш любознательный герой почерпнул из этого кладезя знаний, была именно такая: «Ты бедный, патамушта находишься в зоне комфорта, вот и не растешь! Немедленно выйди из зоны комфорта!» Хоть мысль эта кажется мне очень простой, но до нашего еще более простого деревенского парня она доходит не сразу. Ибо это ему, сидящему среди засыпанных снегом полей, где-нибудь в километре от ближайшего ларька с хлебом и в тысяче километров до первого трезвого фельдшера, взявшему на последние деньги плюс в кредит китайский трактор и двух свиней в придачу, ему, которому для того, чтобы побриться к Рождеству, нужно сначала пробить лед толщиной в половой орган слона, натаскать воды и, отгоняя льдинки, макать в миску одноразовую бритву, доставшуюся в наследство от бати, некто, сидящий на вилле на берегу океана в Калифорнии и набивающий на новеньком макбуке текст по одному часу в день (ведь он писатель и это его работа), говорит, что он находится в зоне комфорта и ему нужно из нее выйти??? … … В общем, рессора от трактора Беларусь, валявшаяся почему-то рядом, показалась как никогда кстати. Ну а сколько можно-то, десять лет ноутбуку?! Председатель только спасибо скажет, что нужно новый покупать. А, нет, работает. Странно, делали же раньше ноутбуки, не то, что сейчас. Просто вмятина, но работает. Можно читать дальше.

Так вот, граждане. К чему я написал такое длинное вступление, уже чуть не забыл. Да к тому, что все мы находились в зоне комфорта до 2014 года и слава Богу, что некие граждане из разных стран решили, что находимся мы в этой зоне слишком долго и пора нам из нее выходить. Ну че, пора, так пора. Мы же за любой кипиш, если можно из зоны свалить. Ну так вот, настал 2015 год, мы уже год почти как не в зоне комфорта и стали одолевать меня мысли разные и странные. А в первую очередь мысли о том, правильно ли я живу. Ибо как есть я стоматолог, а там, где стоматологи, там людей всегда терзают смутные сомнения типа «у Шпака магнитофон, у посла медальон».

Опять отвлекся. Теперь о сути терзаний. Стал я задавать себе вопросы, на которые нет у меня ответа. А ответа хочется. К примеру: всю жизнь стремился я сделать нашу клинику прекрасной и лучшей в своем роде. Впрочем, как писал Чернышевский в своей диссертации «О сути прекрасного»: «Все прекрасное прекрасно в своем роде». Если честно, то это почти единственное, что я помню из всей его диссертации, но этого вполне достаточно для понимания сути данной диссертации, а также для того, чтобы выглядеть жутко начитанным среди многих трепетных девушек.

Так вот, наша клиника всегда работала на самом лучшем оборудовании, самыми лучшими и дорогими материалами и инструментами, не делала никаких различий между пациентами наличными, безналичными, страховыми, умными и глупыми, пафосными и не очень. Лечить их всех мы всегда старались одинаково хорошо. Однако, как многие особо наблюдательные люди уже могли заметить, хорошо – это почти всегда недешево. А в условиях, когда курс доллара обгоняет твои доходы на три круга и через пару кругов может случиться финиш, цена начинает играть решающее значение. И начинаешь ты задумываться, как же увеличить доходы? Надо где-то что-то урезать. Берешь ножик и начинаешь резать. Практически по живому.

Из чего состоит расходная часть любой клиники? Из кучи пунктов, каждый из которых имеет свои подпункты. Зарплата персонала, закупка материалов, расходы на рекламу, на коммунальные услуги, на техническую лабораторию, обслуживание оборудования и много-много мелких непредвиденных трат, среди которых в нашей стране не последнюю роль играют подарки всяческим проверяющим и надзирающим органам, налоги и прочее. Давайте сразу о хорошем. Я по телевизору слышал, что кто-то сверху приказал прекратить кошмарить бизнес! И это здорово, так что как минимум одну статью расходов с нас, считай, сняли. Ура, товарищи! Обещали и налоги снять, пока не сняли, но мы все очень ждем, есичо!

Я, как умная Маша, с самого первого дня работы клиники поставил бизнес так, что все входящие деньги администраторы у нас со скоростью самых талантливых зайчиков резво бьют прямо в кассу, выдают чеки, квитанции и даже пакет документов для налоговых органов с целью содрать с государства шерсти клок, ой, простите, 13 процентов от какой-то там суммы за лечение в виде сокращения налогооблагаемой базы. И со всех входящих денег, естественно, я плачу налоги. По полной программе, смею заметить. Да, мне неоднократно сообщали, что в этой стране платят все налоги только идиоты персонажи из социальных реклам, а в стоматологических клиниках надо быть полным дебилом очень расточительным человеком, чтобы бить все через кассу. Пусть я дебил, имбицил и сборище прочих диагнозов, но я всегда повторял, что люблю спать долго и спокойно, причем в своей кровати с любимой женой, а не в тюрьме на шконке будучи чьей-то любимой женой. И надобно вам сказать, что пару раз оно выходило именно по-моему. Не хочется отклоняться от темы, но не могу удержаться. Кому интересно про клинику, перемещайтесь сразу к третьей части, а кому интересно про проверяющих, тем читать внимательно и никуда не переключаться!

Как-то в районе восьми вечера, когда я предавался упорным тренировкам в спортивном зале (а именно увлеченно болтал с тренером за жизнь совсем недалеко от тренажеров), раздается телефонный звонок и администратор сообщает мне, что толпа каких-то странных людей машет перед ее лицом странной красной книжечкой и требует директора. Я попросил передать трубку этим товарищам, после чего они заявили, что пришли меня проверять и я должен немедленно появиться, открыть все двери, сейфы и тайные убежища, а дальше ждать их указаний. Я, пытаясь соблюдать вежливый незаинтересованный тон, сообщил, что в данный момент очень занят, а потому нельзя ли перенести наше свидание на какой-нибудь более удобный день, а главное, время, чтобы оно было не через два часа после окончания моего рабочего дня, а хотя бы за два часа до того как? Мне показалось, что вежливые люди на том конце провода сказали что-то о том, куда я должен засунуть свое рабочее время, но, конечно же, мне все это показалось, ведь разве могут государственные люди с красными книжечками так себя вести?! Нужно списать это на мое волнение из-за того, что мой разговор с тренером был так неожиданно прерван. Потом мне так же вежливо и вполне доходчиво объяснили, что если через полчаса я не появлюсь в клинике и не раскрою им все отверстия двери, то они вызовут специальную команду, которая разнесет нашу халабуду поперек и вдребезги. Опять я увлекся. Конечно же, они так не говорили, я это все сам только что придумал, опять же от волнения. Как вспомню, о чем мы тогда говорили с тренером и как нас прервали, так волнуюсь. В общем, через полчаса я уже был в клинике, там же неведомо откуда появился главный бухгалтер и наш юрист. Просто почувствовали, что нужны на работе! Вот какие люди у нас работают! Кстати, все эти полчаса в клинике действовал режим «всех впускать, никого не выпускать». Хорошо, что в это время в клинике было всего несколько пациентов и многие из них даже купили попкорн и с интересом сели в первом ряду. Для всех остальных ни голодные дети дома, ни уходящий поезд в Москву не явились достаточно уважительной причиной, двери так и не открылись. Наш юрист бодренько спросил, кто тут главный и по какому поводу банкет? Какая-то тетенька (а может, это был дяденька, с первого взгляда не разберешь, особенно после прерванного разговора с тренером) помахал-(а) перед носом юриста закрытой красной книжечкой и заявило, что главное тут оно! На просьбу предъявить книжечку в раскрытом виде и дать списать с нее какие-нибудь данные нам сказали, что такие книжечки простым смердам в руки не даются, потому как они железной цепью прикованы прямо к сердцу проверяющего и оторвать книжку от сердца нет никакой возможности. Ни малейшей и точка. Тогда юрист попросил показать постановление на обыск, либо какой-нибудь другой, хотя бы внешне похожий на постановление документ, и нам была предъявлена рукописная бумажка с собственноручной подписью данного существа без признаков печатей и каких-либо других подписей. Выяснилось, что в нашем государстве совершенно нормальной практикой является ситуация, когда сам проверяющий выписывает себе предписание проверить то или иное заведение по той или иной причине (выбери сам из набора). И ему не нужно ни постановление суда, ни даже разрешение его ближайшего прямого начальства. На мое глубокое удивление (я бы даже сказал потрясение) этим фактом наш юрист ответил, что, к сожалению, по законодательству они действительно могут это делать. Вот многие не верят, а это действительно так, по крайней мере было на момент происходящих событий. Это только в кино главные мальчиши-плохиши с мерзкими ухмылками спрашивают «какие у вас доказательства?», «где постановление?», и честные и скромные дяди в одежде с пятнами начинают пятиться к дверям, униженно кланяться и просить прощения за причиненные неудобства, а потом на работе пожилые полковники бьют их по плачущим мордасам и кричат за то, что те осмелились потревожить честных граждан без постановления на обыск. В жизни все гораздо прозаичнее - униженно кланяются и открывают радушно все двери как раз с другой стороны баррикад. Так что после вежливых взаимных приветствий и объятий решено было перейти к делу. Часть людей отправилась шерстить кабинеты с тумбочками, а самые главные потребовали открыть бухгалтерию и все сейфы. Ну, мы люди честные, нам скрывать нечего, мы и открыли. Два человека встали у дверей, а два других громко спросили у нас, нет ли у нас чего запрещенного, к примеру печатей, оружия или боеприпасов? Я ответил, что левых печатей у нас отродясь не было, а отстреливаться от милиции мне не приходилось со времен перестройки, после чего проверяющие принялись рыться в сейфах и доставать оттуда все печати. Печатей было больше одной, что вызвало несомненный интерес проверяющего, и мне даже показалось, что у него загорелись глазки. Причем как-то нехорошо так загорелись, жадно! И тут, к его глубокому разочарованию, главбух вынимает полные комплекты учредительных документов на все наши юридические лица (филиалы и даже «Российский стоматологический портал» www.stom.ru ) и раскладывает печати прямо по документам. Выясняется, что все печати принадлежат именно нашим юридическим лицам и совершенно легальные. Такого обиженного выражения лица я давно уже не видел у взрослого человека. Если у ребенка отнять любимую котлету и на его глазах сожрать ее, то именно такие широко распахнутые, немного возмущенные и очень разочарованные глаза были у нашего проверяющего. После этого он даже документы листал без всякого удовольствия, как мне показалось, чисто для проформы. Но тут большая радость послышалась в возгласе у второго проверяющего. На глазах двоих товарищей у дверей он торжественно вытащил из среднего ящика стола пакет с зеленой сухой травой! Теперь была его очередь ликовать и блестеть глазами. Второй посмотрел на него даже немного с завистью и спросил у нас строго: «У вас есть наркотические средства и средства их изготовления?» Причем в вопросе явно слышался не вопрос, а утверждение. На что главбух поведала историю о девушке, помощнице бухгалтера, которая готовилась к зарождению в ней новой жизни и постоянно пила какие-то лечебные чаи и отвары, прописанные ей то ли какими-то бабками-травницами, то ли какими-то бабками в очереди в районной поликлинике, то ли какими-то бабками-врачами в районной поликлинике. В любом случае на эту траву было потрачено очень много бабок, но к наркотикам она не имеет никакого отношения, даже дальнего родственного. Понятые показались мне большими знатоками травы в пакетиках, потому что схватив пакетик на секунду и проведя по нему поверхностно взглядом и глубоко носом, оба одновременно отрицательно покачали головой. Браво! Такого быстрого экспресс-анализа не производят даже спецслужбы самых развитых капиталистических стран. Обычно в фильмах бравые полицейские сутками умоляют экспертов поставить их пакетик с травой в очередь к эксперту хотя бы на конец этого года. Джеймс Бонд жалобно бы всхлипнул и утер свой шмыгающий нос. Примерно также поступил и второй проверяющий. Взгляд его потух и руки стали разочарованно шарить по столу в поисках оружия, боеприпасов и хотя бы одной завалящей маленькой печати, раз уж с наркотиками не срослось. На него было жалко смотреть. Так жалко, что я готов был вынуть из кармана свою маленькую врачебную печать для рецептов с моей фамилией и отдать ему, лишь бы утешить. Я же не просто стоматолог, а Добрый стоматолог! Остановило меня только то, что я вообще никогда не носил свою врачебную печать в кармане, она лежит у меня в ящике стола в кабинете. И потом я подумал, а нахрена ему моя армянская фамилия Агаджанян?! И не отдал. Может, я был на него чем-то обижен в тот момент. Сейчас уже не помню, наверное от волнения из-за прерванного разговора с тренером. И тут у первого проверяющего появился осмысленный взгляд и он спросил, не генеральный ли я директор? Я удивился вопросу, т.к. ответ был очевиден и мало того, я уже об этом неоднократно говорил. Но глубина мышления сего титана разума была мне еще неведома! Он сделал такой далеко идущий вывод, что если бы у меня была вставная челюсть, то она бы точно выпала. Он решил, что раз я директор, то у меня тоже должен быть свой кабинет, а в этом кабинете сейф! Я был так ошарашен, что даже не нашел в себе сил возразить. Действительно, у меня был кабинет и в нем был сейф. Ума не приложу, как он догадался?! Проникнувшись чувством восхищения и чисто автоматически чуть не положив руки за голову, я повел их в свой кабинет, благо он находится дверь в дверь с бухгалтерией и не заметить его все равно было бы очень сложно, тем более для такого титана мысли. В моем кабинете сразу был открыт сейф, из него извлечена кучная туча всяких бумажек и даже денежные средства в размере 13 000 (тринадцати тысяч) рублей. Мне даже не пришлось оправдываться, откуда у меня в сейфе такие деньги, хоть я уже и был готов рассказать, как экономил на завтраках в школе и как перестройка потом съела все мои сбережения, оставив мне жалкие 13 000 (тринадцать тысяч) рублей, которые я прятал от инфляции в рабочем сейфе. Почему-то мои 13 000 (тринадцать тысяч) рублей никого не заинтересовали и так и остались лежать на столе. Хоть понятые и терлись там как-то очень подозрительно, но рядом стоял наш юрист и бдил. Я решил втереться в доверие к понятым и стал им сочувствовать, что уже поздно и все нормальные люди уже дома чай пьют, а многие даже и не чай и даже уже второй раз, но их вот тут из-за меня держат. Понятые оказались очень отзывчивыми на доброе слово и стали наперебой мне жаловаться, что вообще-то они из другого отдела, просто друзья попросили помочь, а так бы, конечно, уже давно бы дома пили чай и курили что-нибудь. Но в этот момент наш исключительно благожелательный разговор был прерван громким грохотом! Один из проверяющих со всей силы шлепнул папкой по столу и так дико вращал глазами, что если проследить и зарисовать движения его зрачков, то можно было бы прочесть длинный рукописный текст о том, какие понятые идиоты и куда бы он засунул им языки, если бы там уже не было занято мозгами, причем это явно не череп! Насколько я понимаю в юриспруденции, понятые не должны быть работниками соседнего отдела. Это должны быть какие-нибудь совершенно посторонние люди, взятые с улицы или откуда еще, хоть пойманные в лесу в момент прыжка в голом виде через костер, но никак не работники соседнего отдела, потому что не дай Бог вдруг они окажутся заинтересованные лица?! Судя по гаденькой улыбке нашего юриста, мои мысли текли в нужном направлении. Понятые, судя по всему, рукописный текст в глазах своего главного проверяющего читали плохо или даже вообще не разглядели, несмотря на всеобщую грамотность, которая должна была отложить свой отпечаток на них, даже если они родились после перестройки. Поэтому они обиженно удалились в коридор, внимательно рассматривая потолок, и даже ничего не просигналили в ответ старшему товарищу. Подняв голову по направлению их взгляда, проверяющий увидел в потолке люк со вставленным в него ключом. За много лет я видел этот люк много раз, но мне даже в голову не могло прийти, что на этот люк можно так долго и внимательно смотреть, при этом как-то внутренне улыбаясь и расцветая. Проверяющий так расцвел, что стал похож на фикус, который бабушки из поликлиники растят в кадках и раскладывают на табуретках. Сравнение было тем более потрясающим, что вместо табуретки (которой в моем кабинете не оказалось) проверяющий схватил стул и торжественно на него взгромоздился. Я уже думал, что он сейчас раскинет руки и из него полезут цветы, но он схватился за ключ, открыл люк и засунул в него обе руки. Через секунду послышался громкий крик: «Понятые, сюда!!!»

Читать еще

Все записки